Камская новь
  • Рус Тат
  • Горькие судьбы, или о великих и простых людях, подвергшихся сталинским репрессиям

    30 октября-День памяти жертв политических репрессий, поэтому сегодня мы вспомним некоторых из тех , кто был невинно обвинен. От репрессникто был не застрахован. Даже известные люди того времени: ученые, крупные хозяйственники, заслуженные деятели культуры, а также их родные не миновали участи «врагов народа». Всем, кто клеймен был статьею полсотни восьмою,...

    30 октября-День памяти жертв политических репрессий, поэтому сегодня мы вспомним некоторых из тех , кто был невинно обвинен. От репрессникто был не застрахован. Даже известные люди того времени: ученые, крупные хозяйственники, заслуженные деятели культуры, а также их родные не миновали участи «врагов народа».

    Всем, кто клеймен был статьею полсотни восьмою,

    Кто и во сне окружен был собаками, лютым конвоем,

    Кто по суду, без суда, совещаньем особым

    Был обречен на тюремную робу до гроба,

    Кто был с судьбой обручен кандалами, колючкой, цепями,

    Им наша слезы и скорбь, наша вечная память

    В лагерях отбывали наказание известные люди: сатирик Остап Вишня, певица Лиина Лурье- жена композитора Прокофьева, Лев Гумилев-сын Анны Ахматовой и ее муж - искусствовед Николай Пунин, Георгий Жженов, Булат Окуджава. В качестве заключенных работали инженер Новодвинский - изобретатель легких летательных аппаратов, актер Вацлав Дворжецкий (отец актера Владислава Дворжецкого «Капитан Немо») и многие другие. Находились люди, которые пытались писать письма Председателю Президиума Верховного Совета СССР Михаилу Ивановичу Калинину.

    Просители писали «всесоюзному старосте» о страданиях заключенных и вопиющей жестокости по отношению к ним: «Уважаемый Михаил Иванович, помогите! Люди мрут, как мухи …каждую ночь мы оттаскиваем по 40 трупов … женщины и дети страдают… разве можно уничтожить свое будущее - детей?.. Люди голодают…» А что им мог ответить Калинин, если его собственная жена, Екатерина Ивановна Лорберг, отбывала наказание в этом Усть-Вымлаге?

    Она была арестована по антитеррористическому закону, подписанному после убийства Кирова самим Калининым. На момент ареста ей было 56 лет.

    Как написал Берия в записке Сталину 26 февраля 1939 года: «Следствием установлено, что Калинина с 1929 года была организованно связана с участниками антисоветской вредительской и террористической организации правых и содействовала им в их антисоветской деятельности». Хотя с « правыми террористами» жена Калинина вряд ли была связана, критические высказывания относительно Сталина она делала, что и послужило фактической причиной ее ареста»

    Она была приставлена к работе относительно «легкой», ей здесь сделали « поблажку» - жена Калинина освобождалась от тяжелейшей работы в лесу на лесоповале и корчевке, она была дезинспектором в лагерной бане, давила вшей в швах одежды арестантов.

    Только в 1944 году, накануне опасной медицинской операции, Калинин написал такое письмо Сталину: «Товарищ Сталин, я спокойно смотрю в будущее советского народа и желаю лишь одного: чтобы как можно дольше сохранились Ваши силы- лучшая гарантия успехов Советского государства. Лично я обращаюсь к Вам с двумя просьбами: помиловать Екатерину Ивановну и назначить пенсию моей сестре, на которую я возложил обязанность растить двух мальчиков, сирот живущих у меня.

    От всей души последний привет. М. Калинин». Однако тогда жена Калинина помилована не была. Это случилось только в мае 1945 года. В день победы в Великой Отечественной войне,9 мая 1945 года, Екатерина Ивановна письменно обратилась к Сталину за помилованием, где признала вмененные ей преступления и раскаялась (это является обязательным условием прошения о помиловании). Сталин поставил на письме резолюцию: « Нужно помиловать и немедля освободить, обеспечив помилованной проезд в Москву». Среди политзаключенных были дочь Марины Цветаевой - Ариадна Эфрон, будущий премьер-министр Израиля Менахем Бегин, дочь расстрелянного Маршала Советского Союза М.Н. Тухачевского Светлана, дочь другого, также расстрелянного советского военачальника, И.П. Уборевича и многие, многие другие.

    Отбывали сроки по 58-й политической статье многие русские театральные деятели. Из интервью Виктора Ножкина, руководителя драматического театра: « Приказ за подписью инженера - полковника Михаила Мальцева о создании театра датирован 8 августа 1943 года. А меньше чем через два месяца была поставлена « Сильва»…Из разбросанных по тундре лагерей в Воркуту свезли актеров, музыкантов, художников. Лагерное начальство поставило перед ними задачу за рекордно короткое время подготовить спектакль. И эти люди, голодные, в серых лагерных робах и бушлатах, не растерялись, справились».

    В первые пять лет после создания театра в его составе находилось рекордное количество актеров, их число перевалило за 150. На воркутинской сцене, к примеру, играли прима Московского театра сатиры Валентина Токарская - самая красивая и самая богатая актриса довоенной Москвы, солист Питерской Мариинки Теодор Рутковский, первый исполнитель популярной в СССР песни « Широка страна моя родная» Борис Дейнека.

    В концертных бригадах принимала участие исполнительница старинных романсов Татьяна Лещенко- Сухомлина…Поистине звездному коллективу оказалось под силу поставить шедевры мировой оперы и оперетты. Только за годы войны театр дал около 600 спектаклей и концертов.

    До 1946 года главным режиссером лагерного театра был политзаключенный , бывший главный режиссер Большого театра Союза СССР Борис Мордвинов.

    В судьбе этого незаурядного человека, волею случая даже в лагере не расставшегося с театром, отразился весь драматизм актерского положения. Лишь один штрих: до определенного времени существовал запрет на аплодисменты игравшим на сцене актерам - заключенным. Им запрещалось выходить и на поклоны. И Мордвинову, и другим его коллегам особенно невыносимо было возвращаться после пережитого на сцене в зону, где властвовали уголовники, бесчинствовали надзиратели. Однажды, когда режиссер вернулся в зону после очередного спектакля, на него с грязной бранью обрушился охранник. И Мордвинов не выдержал: заплакал, зарыдал…

    Всем хорошо известно имя поэтессы Марины Цветаевой. Ее трагическая судьба также связана с репрессиями.

    Аля! Маленькая тень

    На огромном горизонте.

    Тщетно говорю: «Не троньте!»

    Будет день - Милый, грустный и большой,

    День, когда от жизни рядом

    Вся ты отвернешься взглядом

    И душой…

    День, когда с пером в руке

    Ты на ласку ответишь,

    День, который ты отметишь

    В дневнике….

    В 1939 году арестовывают мужа Марины Цветаевой - Сергея Эфрона. А следом приходят за Ариадной. Она вынуждена разрываться между маленьким сыном, поискам средств к существованию и квартиры - и одновременно пытается поддерживать арестованных мужа и дочь. Цветаева продает вещи, а на вырученные деньги покупает продукты, передает в тюрьму. Но наступает день, когда передачу у нее не принимают. Сначала исчезает муж, Сергей Эфрон. Исчезает навсегда. Марина Цветаева так никогда о нем ничего не узнает. А 27 января 1941 года отказываются принять передачу и для дочери. Вскоре ей сообщают адрес отбытия Ариадны: « Коми АССР, Княжий погост».

    Двадцать два дня пути… Поезд все дальше увозит Ариадну от Москвы. От матери, брата, мужа М. Гуревича, с которым вместе удалось прожить несколько месяцев. Остановка в Котласе, затем - Княжпогост. Название, вобравшее в себя что-то величественное, древнее, не оправдывает себя. Населенный пункт на берегу реки Кылтовки весь испещрен зонами. В одну из них- женскую привозят очередной « московский» этап. Здесь среди сотен женщин и 27- летняя Ариадна Эфрон, обвиненная по надуманной статье: « подозрение в шпионаже».

    Именно из Княжпогоста приходит в Москву первая весточка от Ариадны. Письмо датировано 11 апреля 1941 года. Неизвестно, сохранилось ли оно, зато уцелело письмо, написанное Мариной Цветаевой дочери и датированное 11 апреля. « Дорогая Аля! У нас весна, пока еще свежеватая, лед тронулся. Вчера уборщица принесла мне вербу, подарила, и вечером я сквозь нее глядела на огромную желтую луну, и луна- на меня. В письмах в северный лагерь, много деталей , разных подробностей. Складывается впечатление, что Марина Цветаева почти не представляет жизнь дочери за колючей проволокой. Она то просит Ариадну сообщить, нужен ли ей браслет на руку, собирается раздобыть и прислать сыр и бекон. В этом, наверное, нет ничего удивительного. Несмотря на захлестнувший страну шквал репрессий, люди по эту сторону колючей проволоки мало знали о той ужасной жизни, в которую попали их родственники.

    Безвестие о судьбе мужа, страх за томящуюся в лагере дочь и за сына - школьника, вынужденная эвакуация из Москвы….Все это выбивает почву из-под ног Марины Цветаевой. Очутившись на краю пропасти, она срывается в нее, кончает жизнь самоубийством. « Простите - не вынесла»,- пишет в предсмертной записке.

    Ариадну родственники щадят, в письмах в Княжпогост долго не сообщают о смерти матери. Между тем ее переводят на станцию Ракпас. Здесь же от сестер отца, остававшихся в Москве, она получила известие о смерти матери. « Ваше письмо убило меня. Я никогда не думала, что мама может умереть, что родители смертны. И все это время, до мозга костей сознавая тяжесть обстановки, в которой находились и тот, и другой, я надеялась на скорую радостную встречу, что они будут вместе, что после всего пережитого будут покойны и счастливы. Вы пишите, у вас слов нет. Нет их и у меня. Только первая боль, первое горе жизни. Все остальное ерунда. Все поправимо, кроме смерти.» И в следующем письме : «Если бы я была с мамой, она бы не умерла. Как всю нашу жизнь, я несла бы часть ее креста, и он не раздавил бы ее….»

    В Ракпасе Ариадна Эфрон оставалась до лета 1943 года. А потом она попадает в штрафной лагерь, расположенный где-то дальше, в тайге. Перед этим ее вызывают в «хитрый домик», предложив доносить на солагерников. Она категорически отказывается. Года, проведенные в Княжпогосте и Ракпасе, наверное , поглотили, смяли под себя шквал последующих испытаний, выпавших на долю Ариадны Эфрон. Но можно с уверенностью предположить , что связь с этими местами она не потеряла .Ведь здесь остались люди, с которыми она общалась, дружила, затем переписывалась.

    С фонарем обшарьте

    Весь подлунный свет,

    Той страны на карте
    Нет, в пространстве - нет.

    Выпита, как с блюдца,

    Донышко блестит!

    Можно ли вернуться

    В дом, который - срыт?

    Ариадна Сергеевна Эфрон отрезок жизни в 20 лет после освобождения из туруханской ссылки посвятила сбору семейных архивов, изучению и пропаганде творчества своей матери Марины Цветаевой. Последние годы жизни она провела в Тарусе, где ещё до революции располагалась дача Цветаевых. Она ушла из жизни в 1975 году.

    В декабре 1936 года после убийства С.М. Кирова по стране прокатилась волна арестов. За несколько месяцев в Москве и Ленинграде десятки тысяч человек были арестованы и отправлены в лагеря. Эта волна накрыла и семью Жженовых. Георгий Жженов - один из наиболее известных советских- российских киноактеров. Многие фильмы с участием пользуются всенародной любовью, стали классикой отечественного кино. А тогда, в далекие 30- е во время сьемок фильма «Комсомольск», вместе со звездами советского кино Жженов выехал на поезде в город Комсомольск - на - Амуре. Во время поездки он знакомится с американцем, ехавшим во Владивосток для встречи деловой делегации. Это знакомство стало для актера роковым. Его использовали как повод для обвинения в шпионской деятельности. Отбывать пятилетний срок заключения Георгия Жженова отправили на Колыму.

    Выжил он, можно сказать, чудом. Последующие годы в лагерях, помноженные на новый арест в 1949 году стали для него звеньями одной свинцово-трагической цепи. В 1955 году военным трибуналом Ленинградского округа был дважды реабилитирован.

    Самые пронзительные, трогательные, трагические строчки в воспоминаниях актер адресует своему старшему брату Борису, который был арестован и осужден с обвинением в «антисоветской деятельности и террористических настроениях» в 1936 году и отбывал срок в Ухтпечлаге.

    Известно, что после одного из этапов Бориса Жженова оставили в лагпункте близ села Усть-Уса. Здесь определили на общие, самые тяжелые работы - забойщиком на руднике. Молодой, еще не утративший сил питерский интеллектуал кайлом долбил землю, таскал грузы, валил лес.

    Ведущий: Работа на износ принесла свои плоды- Борис сдался, надорвался. В этот невыносимо трудный период жизни кто-то подставил ему свое плечо - устроил на коллекторские курсы. Это позволило устроиться прорабом в геолого- съемочную партию. Однако такое «послабление» не спасло Бориса Жженова от гибели- лишь позволило несколько дольше оставаться в живых.

    В 1943 году Борис Степанович Жженов скончался. Ему было всего 30 лет. Ушел из жизни честный, талантливый человек, который мог бы стать гордостью России, вторым Королевым. Борис был одержим идеей создания реактивных двигателей, сутками просиживал над расчетами и чертежами. Его официальная реабилитация последовала лишь в 1989 году.

    Лидия Русланова - известная исполнительница русских народных песен и частушек, которая пела для бойцов на фронтах Второй мировой войны и прошла с концертными бригадами до Берлина.

    Знаменитая певица, непревзойденная исполнительница «Валенок», в годы сталинизма отбывала срок в лагерях на Колыме, в Тайшете, Карлаге и в Воркутлаге.

    Когда жизнь послевоенной страны стала входить в мирное русло, сталинские репрессии возобновились. В 1948 году одновременно арестовали 48 генералов из окружения маршала Жукова. Муж Лидии Андреевны Руслановой, Герой Советского Союза, Герой обороны Москвы и взятия Берлина генерал-лейтенант Владимир Крюков, входил в окружение Георгия Жукова. Вместе с ним арестовали и его жену.

    Лидия Русланова была осуждена по статье «антисоветская пропаганда» на десять лет и отправлена в Тайшетский филиал ГУЛАГа - Озерлаг. В личном деле Руслановой записано, что она вела с лицами, враждебными советской власти, подрывную работу против партии, распространяла клевету о советской деятельности. И это было ложью. По мнению дочери маршала Георгия Жукова, причиной ареста певицы послужило почитания ею полководческого таланта опального Жукова, что было доведено до Сталина.

    Перед приездом в Тайшет Лидия Андреевна провела несколько месяцев в селе Изыкан в Иркутской области. Село ничем не примечательно, кроме того, что здесь несколько месяцев работала на строительстве Лидия Андреевна Русланова, чье имя тогда гремело по всему СССР.

    В Изыкане Лидия Русланова строила здание нового клуба и рубленые из бруса дома на улице Мира.

    По словам стариков, Русланова ходила на работу с собственной охраной из освобожденных заключенных - ее охраняли два человека. Она ходила в простой одежде , черных сатиновых шароварах, в кофточке со шнуровкой и с косой, уложенной корзинкой. Она была красивой женщиной и , как рассказывают, по деревне ходила с накрашенными губами. Для деревни в то время это было удивительно.

    Как- то раз по Лене шла баржа, на которой перевозили заключенных. Люди, работавшие вдоль берегов , слушали, как по воде

    Расстилается сильный женский голос, поющий русские народные песни.

    «Русланова поет»,- тихо говорили люди дома.

    Не только своими песнями прославилась певица, но и передачей своих личных сбережений на изготовление двух батарей катюш. После Карлага артистку перевели во Владимирский централ, где в одной камере вместе с ней сидела известная актриса Зоя Федорова .Руслановой предлагали дать концерт для заключенных в Джезказгане. Но Лидия Андреевна категорически отказалась: « Соловей в клетке не поет!». И только после смерти Сталина, по настоянию Жукова , в августе 1953 года были освобождены певица и ее муж, генерал- лейтенант Владимир Крюков. Народ встретил ее как героиню. А она на первом же своем концерте встанет перед публикой на колени.

    Лев Платонович Карсавин - известный ученый с мировым именем, русский мыслитель и философ, историк культуры, поэт, знаток религиозных учений европейского Средневековья был репрессирован и отбывал срок в Абези. Абези - это железнодорожная станция и поселок неподалеку от северного полярного круга в Республике Коми, где он и умер от туберкулеза и был похоронен.

    В лагере философ пережил необычайный духовный и творческий подъем. В этой связи вспоминаются его слова «Тогда мысль и развивается, тогда и становится свободною, когда ее всемерно угнетают и преследуют». Здесь в 1951- 1952 годах он создает ряд религиозно- философских сочинений, включая « Венок сонетов» и « Терцины», в которых находит поэтическое выражение его метафизика, а также несколько статей : « О молитве Господней», «О бессмертии души», « Апогей человечества» и другие.

    Приведем в этой связи отрывок из беседы Карсавина с Николаем Пуниным - мужем Анны Ахматовой, который также отбывал срок в Абези.

    Как- то Пунин сказал Карсавину:

    - Изрядно мы нагрешили, раз нам дается столь длительное время для покаяния.

    Под длительностью времени он имел в виду, наверное назначенный приговором срок заключения, который у каждого был не менее десяти лет.

    - Покаяние - дело душеполезное- сказал Карсавин,- но еще важнее переосмысление….

    Мы рассказали лишь о некоторых личностях. Людях, известных в стране, умных, талантливых, и, конечно, ни в чем не виновных. Им пришлось много выстрадать и за годы репрессий переосмыслить свою жизнь полностью.

    Период репрессий - самый трагический во всей истории России.

    В эпоху тоталитаризма пострадало более 50- ти миллионов человек. Изломанные несправедливостью жизни, судьбы.

    Сегодняшнее наше поколение должно помнить о том зловещем периоде в истории нашей страны. Ведь это была трагедия общенациональная. Её не прибавить, не убавить - так это было на земле, - писал о сталинских репрессиях А. Твардовский в поэме «За далью - даль». Э то наша история, и никуда от нее не деться.

    История не терпит суесловья,

    Трудна ее народная стезя,

    Её страницы, залитые кровью,

    Нельзя любить безумною любовью,

    И не любить без памяти нельзя.

    Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


    Нравится
    Поделиться:
    Реклама
    Комментарии (0)
    Осталось символов: