Нина Романова: От «Лаишевских вестей» до «Камской нови», часть 9

Также начала работать Тамара Макарьевна Софронова. Вот что она вспоминает:

Газета в моей жизни

Я благодарна судьбе за то, что она, пусть по воле случая, помогла мне найти свое призвание в жизни. Так или иначе, но газета стала делом всей моей жизни. С ней связаны самые лучшие воспоминания. Но все по порядку.

Газета «Камская новь» моей поры — это четырехполоска, выходившая трижды в неделю. И хотя в редакции и типографии были полные штаты, а газета набиралась мощной по тем временам техникой — линотипом, график выпуска газеты часто нарушался. В результате редактор и дежурный корректор (я начинала работать подчитчиком, потом корректором) могли сдать внешние полосы в лучшем случае в 20 часов, а чаще всего в 22, а то и за полночь. Как-то редактор В. Романов подписал газету в печать в 6 часов утра. Такой многочасовой рабочий день был в ущерб качеству. Уставали очень. Ведь по грубым подсчетам, объем четырех полос — это 2400 строк. Это если читать по одному разу, а читали по два. Спокойнее работалось, когда редактор подписывал в печать после окончательной правки. Но были и такие редакторы, которые, прочитав полосы, сделав поправки, подписывали: «По исправлении — в печать», и уходили из редакции. И если что-то было не так, приходилось разбираться корректору.

Много предпринималось разных попыток для того, чтобы газета выходила согласно графику. Ставили вопрос на месткоме профсоюза, обсуждали на профсоюзном собрании. К нам даже приезжала комиссия из обкома профсоюза. График по-прежнему нарушался. И в основном по вине работников типографии. Печатники за ночную работу имели отгул. Корректор же, сдавший газету, какое-то время мог на следующий день выходить на работу после обеда, но потом один из редакторов эту льготу отменил.

За 11 лет работы (1968–80 гг.) мне довелось работать с редакторами Н. Шурыгиным, В. Наумовым, В. Романовым, В. Беляевым.

В сентябре 68-го года, когда я пришла в редакцию, редактором был Н. Шурыгин, зам. редактора А. Распивин, ответсекретарем — В. Журавлева, зав. отделом писем — Н. Романова, литсотрудником — Ю. Чумаков, радиоорганизатором местного радиовещания Н. Большакова, корректором — В. Шитова, фотокорреспондентом — Е. Софронов. Газету набирала линотипистка З. Сатдинова, верстала Р. Варфоломеева, печатал печатник В. Башкиров.

Журналисты были образованными, творческими людьми. Многие писали стихи. И папка с рукописями в корректорской всегда была полной. В памяти остались публикации Л. Евграфовой, В. Наумова, В. Соболева.

Кстати, о Викторе Соболеве. Способного парня из нашей глубинки — села Тарлаш, заметил Виктор Иванович Казаков. К тому времени тот закончил КГУ, стал внештатным корреспондентом по дальнему кусту. Привозил, присылал свои материалы. Писал много, быстро, хорошо, смело. В «КН» печатали и его стихи. Похож он был на Сергея Есенина и внешне, и талантом, стилем стихосложения. Но вредное пристрастие и неуемный характер доводили его до самой низшей точки. Каким бы мог быть блестящим журналистом и поэтом! Но увы, не смог распорядиться тем, чем одарил его Всевышний.

Вместе со страной

Фельетон
Николай Иванович Шурыгин любил писать фельетоны. Он освоил этот не всем поддающийся сложный жанр. Мне кажется, даже гордился этим.

Однажды он написал фельетон (не помню его названия) почти наполовину четвертой полосы. Был газетный день. Полосы были сверстаны. Несколько раз заходя в типографию, я слышала, как полиграфисты — первые читатели «Камской нови» — над чем-то подсмеиваются. Я спросила об этом. Они читали фельетон и с улыбками и даже с неким возмущением высказывали мысль, чтобы убрать привлекшее их внимание слово «электрохреновина». Да и на татарский язык оно не переводилось. Я сказала, что не могу этого сделать без согласия автора. И ушла.

Вскоре я опять зашла в типографию. Метранпаж русской газеты опять обратилась ко мне: «Пусть уберет это слово».

Несколько удивленная их настойчивостью, я все-таки пошла к Николаю Ивановичу, хотя предчувствовала, что это ключевое слово. Объяснила пожелание. Он, не то в шутку, не то всерьез воскликнул: «Елки зеленые! (Это была его постоянная присказка, вроде междометия). Да я ради этого слова фельетон написал!» Так я ушла, не солоно хлебавши. В типографии мы вместе посмеялись. И фельетон вышел в свет таким, каким его задумал автор.

Ах, картошка!
В начале 80-х годов XX века та осень была чрезмерно дождливой. Каждый день ждали улучшения погоды, но, увы...Не успели убрать картошку многие хозяйства района. Машины увязали в грязи.

Наступил октябрь. Райком партии принял решение: копать картошку вручную. Мобилизовали работников учреждений и организаций райцентра. В воскресенье вышли в поле и мы, газетчики. Оделись потеплее, на руки нашли перчатки (в то время это был дефицит). Мужчины копали лопатами. Женщины облепленную липучей грязью картошку собирали в ведра. Высыпали ее на машины, закрепленные за каждым полем.

Нам достался участок совхоза «Путь Ленина». Хоть медленно, но работа продвигалась. Временами кружился небольшой мелкий снежок. Как раз в это время, чтобы как-то нас поддержать, на лошади в поле из совхоза приехал дядя Вася Жарковский с горячим чаем. Кстати, наш сосед по улице. В ответ на заботу улучшилось настроение. На обед решили испечь картошку. Мужчины принесли из недалекого леса дрова, развели костер. Нашли воды, чтобы вымыть картошку. Не обошлось без шуток. «Ах, картошка, объеденье!»

Но надо закончить работу, чтобы вернуться в свои теплые жилища. Небо становилось все темнее из-за наползавших туч. На редакционном ГАЗике развезли всех по домам.

Битва за урожай
С большим трудом доставался уже выращенный урожай этого года. Десятки гектаров зерновых стояли на корню. Комбайны тонули в грязи. Уборка не могла продолжаться. Зерно осыпалось.

Районные организации решили ждать морозов. Наконец, сильно похолодало. Метеостанция предсказала в ночь мороз до —6-8 °. Срочно собрали руководителей. От каждой организации выделили ответственных людей в помощь комбайнерам. От редакции был направлен Николай Иванович Шурыгин: чтобы контролировать, стеречь комбайнера.

С зажженными фарами по подмороженной земле комбайны в ночь двинулись по полям. Впервые эта техника вела борьбу за урожай в таких сложнейших условиях. Ведь обычно уборка зерновых ведется в самое жаркое время года — время созревания зерна. В эту ночь люди в полушубках и зимних шапках в кромешной темноте, освещая поле фарами, буквально штурмовали, вырывали урожай, наперекор природе.

Конечно, потери были большими. Но что удалось собрать, шло на фураж. Да и хлеборобам совесть не позволяла оставить зерновые неубранными. Это была настоящая битва за урожай. Об этом и написал Николай Иванович в своем материале, опубликованном в «Камской нови».

В те годы субботники и воскресники в помощь хозяйствам района были обычным делом.

В середине зимы, к примеру, выходили на заготовку хвойных веток, чтобы обеспечить витаминами крупный рогатый скот. Для заготовки веток выделялись специальные участки. Мужчины топорами обрубали нижние ветки. Женщины по колено в снегу относили их к машинам. Местами снега было больше полметра.

Работали шумно, весело, под шутки и смех. Все были раскрасневшиеся от мороза. В газете писали о воскресниках. Отмечалось, что хвойные добавки в виде муки любят буренки, и качество молока улучшается.

Важное событие в жизни редакции
В 1970 году семья Шурыгиных решила переехать жить в г. Воткинск. К этому времени в редакции уже работал Валентин Александрович Наумов. Его появление не осталось незамеченным: виден был городской человек. А опытного журналиста увидели по его первой статье «Волжские контрасты». Он и стал новым редактором «Камской нови».

В день печати 5 мая 1971 года газета «Сельская жизнь» отметила работу нашей редакции в передовой статье «Высокое призвание советской печати».

В этот год произошло важное событие для коллектива редакции. Мы узнали точную дату выхода первого номера газеты.

По этому поводу был устроен праздник, в котором участвовал второй секретарь райкома партии Ильдус Абдреевич Латыпов. В. А. Наумов показал себя как хороший организатор. Торжество для коллективов редакции и типографии было устроено с помощью руководства совхоза имени 25 Октября, особенно парторга Раиса Фаттахова.

В. А. Наумов был по натуре оптимист. Он часто повторял, я не знаю, кем придуманную фразу, но я помню ее до сих пор: «Нет такого положения, при котором не было бы положения, когда нельзя найти положение, чтобы выйти из создавшегося положения. Выход есть всегда».

В августе 1972 года В. А. Наумова перевели в СПТУ № 4 (СПТУ № 113) на должность замдиректора. Военно-патриотическому воспитанию будущих призывников уделялось большое внимание.

Вся страна готовилась отмечать 30-летие Великой Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.

Валентин Александрович с группой лучших учащихся отправились в Волгоград и привезли священную землю с Мамаева Кургана. Капсула с ней была замурована у подножия памятника Воину-освободителю в Комсомольском парке Лаишева.

Стало больше юнкоров
В это время начала выходить страница «Факел». Публиковались письма пионеров, комсомольцев, активистов, пионервожатых и т. д. Стало больше юных корреспондентов. Для них в редакции устраивались чаепития из самовара. Активное участие в этом принимала корреспондент Роза Шапирова (Рахматуллина). С ней мы в один год окончили факультет журналистики КГУ.

Графоманы
На страницы «КН» пытались прорваться графоманы. Так, завалил письмами на почтовых открытках некто Чесноков из Казани. Я тогда работала завотделом писем. Приближенно похожие на стихи его вирши не печатали. Он стал жаловаться в райком и более высокие инстанции. Была проверка. Его «сочинения» отдали на рецензию преподавателю русского языка и литературы ЛСХТ Людмиле Юрьевне Шипиловой. Но и она вынесла вердикт, что публикация их в газете нежелательна.

С августа 1972 до декабря 1973 года районную газету редактировал мой однофамилец Владимир Александрович Романов, работавший до этого заведующим идеологическим отделом райкома партии. Это был хороший лектор, умел писать, но все-таки был далек от журналистики. Он вновь вернулся на работу в райком партии.

«КН» — база для экспериментов

По-прежнему огромное внимание уделялось сельхозпроизводству и его людям.

На базе нашей районки по инициативе Министерства печати во время уборки урожая проводился эксперимент. Газета выходила шесть раз в неделю на двух страницах. На первой печатали много сводок о соцсоревновании колхозов, совхозов, комбайнеров и других механизаторов. Их приносила к 9 часам инструктор райкома партии Татьяна Павловна Лукоянова (ранее она долгое время работала старшей пионервожатой в Лаишевской средней школе). Нужны были очень оперативные и небольшие материалы. Все это требовало напряженной работы, профессионализма журналистов, ответсекретаря, корректоров. Еще было время отпусков. Вместо одного из корректоров работала студентка Татьяна Гайдукевич.

В редакции начала свой трудовой путь выпускница факультета журналистики КГУ Людмила Петровна Евграфова. Она быстро и интересно писала на животрепещущие темы, была инициативна. Ее материалы украшали страницу «Березка» для девушек. Нравились лаишевцам ее материалы на темы морали, зарисовки, очерки о людях труда. Любили читатели и ее профессионально написанные стихи.

Письмо
Пришло письмо, и почерк твой корявый,
Как лепет долгожданного ребенка.
И мнимое всплывает светлой явью.
И не боюсь душевного урона.
Смеются нервы в солнечном сплетенье,
Дух захватило — «авиаболтанка»!
И молодо, и невесомо тело,
И, как во сне, плывет в балетном танце.
И это «Вы» мне дорого до жути,
И что-то обещает «До свиданья» ...
Мой антимир сияет — солнце буден,
И согревает, приближая дали.
Я письма эти между строк читаю.
Для глаза чужих их тайнопись незрима.
Но где-то в подсознаньи льдинка тает:
Любима? Не любима? Нет, любима!
Людмила Петрова. 30 марта 1974 г.

Ветер свежий, ядрёный, грибной
Оживил наши щеки румянцем.
Мы идем по тропинке с тобой,
Листья жёлтые кружатся в танце
В старомодном лесном менуэте -
Увядание, тлен... А я рада
Мухомору, что солнышком светит,
Золотому ковру листопада.
Листья тихо шуршат о смерти.
Мне и жалко их, и не жалко.
В жизни всё хорошо, поверьте,
Если молодо сердце и жарко.
В уши вдену по спелой рябинке -
Чудо-ягодки — горькие клипсы,
С ниткой бус — горьковатых рубинов
И с охапкой кленовых листьев
Подойду. И в глаза твои синие
Загляну, угощу рябиной.Люська, знаешь, а ты красивая!
Это сделала осень, любимый.
Людмила Петрова. 1965 г.

В середине 80-х годов она с маленькой дочкой и мужем Шамилем Абдулловичем Хабибуллиным, тоже работавшим в «КН», уехала в Новошешминск. Многие годы была ведущим журналистом газеты «Шешминская новь». Людмила Петровна — автор поэтического сборника «Из пункта А в пункт Я». Их дочери тоже стали журналистами.

Продолжение следует.